• pismasfronta

Виталий Михайлович Андриевский

Виталий Михайлович Андриевский (1910–1943) – гвардии старший лейтенант, командир роты химзащиты 2-й воздушно-десантной дивизии. Родился в г. Усмань на Украине. В Красной армии с 1933 г., служил в отдельной химической роте корпуса НКВД в Житомире, с декабря 1941 г. учился в Самарканде в Военной академии им. К.Е. Ворошилова. Участвовал в обороне Ленинградской области, в Орловско-Курской операции, воевал на Центральном фронте. Погиб 20 декабря 1943 г., похоронен в с. Головки Малинского района Житомирской области; позже прах перенесён в братскую могилу г. Малина. Письма адресованы жене Марии Елизаровне Андриевской в Кореновский район.

3 февраля 1943 г.

Родненькая жёнушка, здравствуй!

Сегодня по радио услыхал радостную весть – освобождение Красной армией ст. Кореновской от немецких оккупантов. Сколько дум передумал с июня-месяца 42-го о тебе и детишках! Было большое желание ехать на Северо-Кавказский фронт, но получилось немного иначе. Сейчас я жду большого счастья – весточки от тебя. Правда, мой адрес скоро изменится, но если ты жива с детьми и получишь это письмо, всё же будешь знать обо мне, а придёт время – и я узнаю. Может, это письмо попадёт не тебе, а проживающим на территории завода, а тебя нет, найдётся добрая душа, ответит. Эта мысль меня пугает, но от немецких извергов можно ожидать всего. Много писал запросов, а положительных ответов не было. За последнее время с Мишей потерял связь. Он знает, в каких я частях, тебе напишет. Можешь меня поздравить со званием гвардейца. Это имя в дальнейших боях оправдаю.

10 марта 1943 г.

Дорогая жёнушка!

В одном из писем писал, чтобы ты не писала на адрес 2380, а теперь жалею, т.к. адрес остался старый. До этого времени я б уже от тебя получил бы весточку. Я сейчас нахожусь в действующей армии. После первых боёв пока жив и здоров. Много думаю о тебе и деточках. Очень хочется знать, как и где ты жила последние восемь месяцев, в течение которых у нас нет письменной связи. Походив по Ленинградской области, приходится видеть только одни места с обгоревшими деревьями, где были населённые пункты. Фашистское зверьё всё сожгло…

Сейчас живу и сплю в снегах, в объятиях со смертью. Окружающего ни хорошего, ни плохого не замечаю, т.к. аккомпанемент советской артиллерии наводит на мысль – вперёд, на разгром фашизма. Мне здесь, Мусенька, будет большим счастьем получить от тебя весточку, как и тебе от меня. Писать в этой обстановке тоже много не напишешь. Ты, дорогулька, опиши всё-всё подробно. Некоторые товарищи получают письма, так мы их читаем коллективно. Нам кажется, что это письмо жена товарища пишет не ему одному, а нам всем. Пока всё. Пиши обо всём почаще. Привет знакомым, кто остался жив. Целую и крепко обнимаю тебя и деток. Твой Толя.

13 июня 1943 г.

Милая Маруся!

Несколько дней назад получил от тебя первую весточку, считая с момента прекращения между нами письменной связи. Да ещё какую весточку – одновременно письмо и две открытки, а 10.6 – ещё пару открыток, одна даже от 19 мая, которую ты передала уезжающим в Минск – сравнительно скоро получил.

Когда пришли письма, меня как раз не было в блиндаже. Пришёл я около двенадцати часов ночи, после выполнения задания, устал. Захотелось курить, а спички израсходовал. Заметил блеск фонарей и окликнул бродившего, хотел прикурить и получил ответ: «Виталий! Тебе письма есть, у Яши. Поздравляю! Мы читали открытку, все твои живы и здоровы». Разъяснений не требовалось. Через минуту я читал открытку и испытывал такое счастье, сравнения которому нет. Потом прочёл письмо. Тяжело было читать про твоё с детьми мучение, но гордость за такую жену, как ты, Муська, всё забивала.

Мои боевые друзья передают тебе, деткам и Вале привет. Приветствуют тебя как хорошую советскую мать и жену.

Писать сразу письмо под таким сильным впечатлением я был не в силах. На второй день получил предписание перейти на другую работу. Начались сдачи и приёмки, что не давало возможности заняться корреспонденцией.

Работы очень много, но относиться с холодком к делу, когда решается, кто кого, нельзя. Да и обстановка не позволяет.

Чувствую себя хорошо. О зиме, в которую пришлось перенести на Сев.-Зап. фронте очень многое, одно воспоминание. Лето чувствую, но не так, как ты и наши детки. Доченьки наши, вероятно, ходят в трусиках, загорели? Ягодки кушают?

Я сейчас в обороне, что будет дальше, посмотрим. Вчера выписал тебе аттестат на сумму 700 руб. в месяц, с 1 июля по 1 мая 1944 г. Приедет начфин части, перешлю переводом 2000 руб. Материально больше пока ничем не могу помочь. Я имел больше денег, но, переезжая на другой участок фронта, в дороге покупал молоко, между прочим, плохое и по 120 руб. литр. Выпил пару раз с тоски и печали русской, горькой, таким образом на моей книжке сумма уменьшилась. Но это всё <…>[1], лишь бы был цел, а всё остальное наживём.

О получении аттестата и денег сообщи.

Пиши почаще. Правда, работать на предприятии и дома тяжело, но ты умеешь выбирать время для корреспонденции. Адрес мой другой сейчас, но если послала письма по старому адресу, я их получу.

За меня, дорогая жёнушка, не беспокойся, береги себя и свои нервы для дочурок. Надеюсь, настанет время, когда мы заживём мирной жизнью. Сейчас, конечно, есть очень большое ЖЕЛАНИЕ побывать дома, увидеть дочурок, обнять любимую свою, а потом… Тебе, конечно, понятно. Я сейчас на Центральном фронте. До окончания войны, несомненно, придётся побывать во многих местах и увидеть много хорошего и плохого. Если б я проезжал через Станичную, конечно, забежал бы домой, но там, вероятно, мне воевать не придётся.

Ты спрашиваешь, почему я в этих частях, очень просто – командирован. После учёбы работал и одновременно изучал новую технику. Интересное дело. Что касается опасности, так на фронте нет безопасных мест. Дальнейших последствий не знаю, и как я жив остался, тоже затрудняюсь сказать. Словом, повезло. Очень рад, что Люся не забывает своего папу. Папа, когда приедет домой, постарается много играть с Люсей и Танечкой. Таня тоже будет любить папу. Муська! Днём буду с доченьками играть, а когда же с тобой?

Ты беспокоишься, что может повториться прошлогодний трюк фрицев. Нет, дорогая, не хватит у него духу, как говорят, гайка ослабла.

Мише напишу сегодня. Связи с ним не имею с декабря 1942 г., писал ему по имеющемуся у меня адресу, но ответа не получал. Да, ему нелегко переживать, а до места жительства Доры путь ещё большой.

Марусенька! Начиная с этого письма, я буду проставлять номера писем, и ты будешь знать, все ли письма получаешь. Номерок буду ставить в левом углу. Ты это тоже делай. Пока всё. Пиши почаще. Передай мой гвардейский привет знакомым завода. Вале мой особый привет и благодарность за помощь, поцелуй её от меня.

Люсеньку расцелуй за письмо мне. Умница дочь. Когда приеду домой, начну всех вас целовать, начиная с Танюши… Обнимаю и целую, твой Толя.

[1] Написано неразборчиво.

Просмотров: 8Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все

Александр Маркович Колосов

Александр Маркович Колосов. Письмо адресовано в с. Ейское Укрепление Краснодарского края. 1943 г. Здравствуйте, пред. совета. Первым долгом пишу это письмо, хочу знать, кто жив или нет из моих родных,

Семён Семёнович Коломоец

Семён Семёнович Коломоец. Письмо адресовано в с. Ейское Укрепление Краснодарского края. 26 августа 1943 г. Дорогой товарищ! Мне доказывают, что у вас, т.е. в вашем селе, проживала гражданка Коломоец с

Александр Фёдорович Чирков

Александр Фёдорович Чирков. Письмо адресовано в с. Ейское Укрепление Краснадарского края. 1943 г. Письмо из фронтовой жизни от Чиркова председателю с/совета. Прошу вас сообщить о моей семье, проживающ