• pismasfronta

«Мы с Павкой Корчагиным в бой ходим...» Фронтовой дневник

Мария Петровна Педенко – уроженка г. Молочанск Украины. Ушла на фронт добровольцем в 1942 г. Служила в 255-й бригаде морской пехоты, была библиотекарем, членом редколлегии рукописной фронтовой газеты «Полундра». Воевала на Малой Земле. В звании лейтенанта с боями прошла Западную Украину, Польшу, Чехословакию, Венгрию. После окончания войны жила в Киеве. Умерла в 1957 г. Одной из улиц г.Молочанск было присвоено имя Марии Педенко. Вела фронтовой дневник.

9 ноября 1942 г.

Хлещет беспрерывный дождь, порывы сурового ветра пронизывают насквозь. Утопая по колено в грязи, я иду по скользкой, размытой дороге. В руках у меня чемодан с литературой. Вот уже шестой день, как я утеряла продовольственный аттестат, и теперь кормлюсь от случая к случаю, чаще всего пробавляюсь одной водичкой да жёстким сухарём.

Но свет не без добрых людей. Нагнавшая меня машина останавливается, и после короткого разговора я лезу в кузов, в котором сидят с десяток бойцов и разрешивший мне ехать в грузовике гвардии старший лейтенант…

«Начальнику клуба 255-й бригады морской пехоты. Направляется в ваше распоряжение старший краснофлотец Педенко Мария Петровна для прохождения дальнейшей службы в должности начальника библиотеки бригады.

Срок прибытия – 16 ноября 1942 г. Начальник 4-го отдела майор Толмачев».

1942 г.

…Приступаю к работе, но в моей библиотеке ни одной книги, в чемодане же одни только брошюры. Надо обязательно связаться с политотделом.

А погода всё не улучшается. Патроны и хлеб – и те доставляются сюда с трудом.

Пока что решила написать доклад о Николае Островском. Бойцы слепили из хлеба чернильницу, растворили химический карандаш, дали мне ручку с пером. Из фотографий писателя, которые мне ещё в Сочинском музее подарила семья Островского, я приготовила альбом.

И вот вся моя библиотека готова. Не ошибусь, если скажу, что это самая миниатюрная библиотека на всём нашем фронте.

1942 г.

…Прихожу в роту автоматчиков. Оказывается, самая большая землянка занята, и надо подождать, пока подготовят её. Немного подождала, потом заглянула в землянку, а там бойцы лепёшки пекут. Я скинула шинель, вымыла руки и принялась им помогать.

– Вы к нам на всё время? А как вас зовут? А что вы больше всего на свете любите? – посыпались вопросы.

– Книжки люблю. Только хорошие.

– Этого у нас маловато, – вздохнул кто-то.

– А вы любите книжки? – в свою очередь, спросила я. – Николая Островского любите?

– Да кто ж его не любит? Мы с Павкой Корчагиным в бой ходим, – ответили они.

– А кто-нибудь из вас видел Островского?

– Нет, читать читали, а видеть не приходилось.

Тут я вынула свой альбом и раскрыла первую страницу. На моряков смотрел Николай Островский в своей защитной гимнастёрке с орденом Ленина на груди.

Я стала рассказывать о его жизни, о том, как жил, писал, боролся и умер этот замечательный человек. Бойцы жадно слушали, забыв про обед.

…С этого дня и началась моя работа библиотекаря-агитатора на переднем крае обороны.

2 февраля 1943 г.

…Сегодня второе февраля 1943 года. Вот и знаменитая Голубая бухта в Геленджике

Она и в действительности голубая, такая красивая, что глаз не отведёшь от неё. Бойцы радостно оживлены: идут в десант.

Место предполагаемой высадки – мыс Мысхако к югу от Новороссийска, на самой крайней точке левого фланга нашего фронта.

…Слышен приказ двигаться к причалу. Люди приходят в движение. С трудом сдерживаю волнение. Как? Неужели меня забыли, меня не возьмут?

– Ну, Маша, – говорит подошедший ко мне в эту минуту старший лейтенант Проценко, – готовься, идёшь с нами в десант!

Я готова обнять и расцеловать его. Ведь это он упросил командира взять меня в десант.

Февраль 1943 г.

…На рассвете пришли в Солнцедар. За нами медленно подходят остальные корабли.

Никто не знает о судьбе товарищей. Говорят, что штурмовая группа погибла целиком, а с нею и сам комбат…

И только под вечер следующего дня, наконец, узнаём, что бойцы майора Куникова высадились и отчаянно дерутся, зацепившись за узкую полоску берега.

Нам рассказывают, как майор Куников с гранатами за поясом и автоматом в руках лично повёл десантников в бой…

Это ночью высадились и мы в помощь Куниковцам. Бойцы набивают диски автоматов, обвешиваются гранатами.

1943 г.

…Свист пуль, визг мин, снарядов, вой сирен немецких самолётов, лязг и грохот танков.

Немцы идут с автоматами и ручными пулемётами.

Все мы, начиная от помначштаба Костюка и до 15-летнего моряка Юркевича, воспитанника краснофлотцев, бросаемся навстречу фрицам, отражать их атаки.

– Диски, диски! – с разных сторон кричат краснофлотцы.

Оставляю на время раненых и набиваю патронами магазины автоматов.

– Дочка, Полундра дорогая, связывай по пять гранат, – кричит мне Костюк, когда с рёвом и грохотом идут на нас танки.

Я кричу бойцам:

– Товарищи! Братцы! Потаповцев не победить! Мы никогда не отступали, не отступим и сейчас.

1943 г.

…Мы всё время находимся под огнём. Как к нему ни привыкай, привыкнуть всё же трудно. Но теперь, когда ослепительное южное солнце стало сильнее пригревать землю и под его живительными лучами показались зелёные стебельки, кажется, что ни грохот, ни стрельба тебя словно не касаются. Всё время тянет наверх, к зелени, к жизни, к природе.

Вылезешь из подземелья поглядеть на белый свет, и сердце радуется. Так хочется жить! А вокруг поля, вспаханные жестокой машиной войны. Всюду развалины домов и пятна порыжевшей крови на изуродованной, искромсанной земле. Не успеешь налюбоваться солнцем, как уже слышишь: «Воздух!»

И ты снова проваливаешься в свою пещеру, где обдаёт сыростью лицо и где в копоти гильзовых ламп еле узнаёшь своих друзей.

Письмо Екатерине Алексеевне, сестре Островского

[Дата неизвестна]

Извините, что так долго молчала. На Малой Земле то не было времени, а иногда и время было, но не было чем писать и на чём.

7 мая была на Большой земле. До этого три месяца и два дня – на Малой, там стала кандидатом в члены партии, там же и отбивала атаки врага.

Жаркие были бои. Я перевязывала раны, набивала диски патронами. Жива, здорова, стала секретарём ВЛКСМ одного полка.

И тут же в полку провожу беседы о жизни и деятельности Николая Алексеевича…

Письмо Ольге Осиповне, матери Николая Островского

12 июня 1943 г.

Примите привет от той дивчины, которая часто просиживала у вас в музее.

Помните, как я со своими подругами заходила к вам во время учёбы на военно-политических курсах Черноморского флота?

Александра Петровна дала мне тогда фотографии Николая Алексеевича, и я написала биографическую справку и оформила альбом, и с этим альбомом я бываю всюду.

Помню, когда 17 и 18 апреля были горячие бои на нашем участке фронта, немцы наступали, шли танки, а за ними пехота, и тогда, когда нас осталась горстка, которая сдерживала передний край, старший лейтенант Воронов сказал:

– Ну, моряки, воевать придётся не на жизнь, а на смерть. Разве кому-то из вас надоело жить? Никому. Вспомните слова Николая Островского: «Жизнь даётся один только раз, и надо прожить её так, чтобы, умирая, не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы». Так вот – берегите себя, дорожите жизнью, а если доведётся умереть, то умирайте с толком!

Нас было мало. У нас не было танков. Но мы не отступили ни на шаг.

Просмотров: 186Комментариев: 0

Недавние посты

Смотреть все

Письмо комсомольцам-учащимся

Письмо комсомольцам-учащимся Из далёкого края, где солнца восход, Где второй мы творили победы поход, Где так неприглядна чужая страна, Где о Родине наши тоскуют сердца, В день годовщины двадцать в

Александр Маркович Колосов

Александр Маркович Колосов. Письмо адресовано в с. Ейское Укрепление Краснодарского края. 1943 г. Здравствуйте, пред. совета. Первым долгом пишу это письмо, хочу знать, кто жив или нет из моих родных,

Семён Семёнович Коломоец

Семён Семёнович Коломоец. Письмо адресовано в с. Ейское Укрепление Краснодарского края. 26 августа 1943 г. Дорогой товарищ! Мне доказывают, что у вас, т.е. в вашем селе, проживала гражданка Коломоец с